Отзыв на дораму Воскресение

Заметки переводчика, часть 4.

В этой статье у меня много картинок - иллюстраций к тексту. У сожалению, здесь в отзывах картинки не вставляются. Поэтому настойчиво рекомендую обратиться либо к группе переводчика ВК "Красота и сказка", либо в дзен на одноименный канал.

Слух. Звук, Желание и «Сладкая смерть»

Вторая глава переносит нас в конец 1930-х-1940-е годы, эпоху шпионов, прослушки и антияпонской войны.

Начальник, преследующий главного героя, на мой взгляд, представитель японско-коллаборационистского режима: такие тюрьмы-узилища с криками пытаемых, с мрачной угнетающей атмосферой и кровавыми допросами в китайских фильмах, как правило, связаны именно с Бюро №76, секретной спецслужбой правительства Ван Цзинвэя.
Хотя, конечно, не менее живописными могут быть и рассказы о деятельности Бюро расследований и статистики, главной спецслужбы Китайской Республики в период правления Гоминьдана с 1938 по 1946 гг.
Однако, как мне кажется, пара моментов в фильме указывает на точное место действия, что, в свою очередь, помогает определить организацию, к которой принадлежит Начальник.

В первые минуты эпизода мы видим, как машина Начальника подъезжает к зданию с вывеской, на которой можно прочитать часть названия - ..... THEATER. Первое слово - лишь обрывок, похоже на ... AIHAY ... ATHAY. Здание разбито, раскурочено, заброшено, двери открыты, мусор, грязь....
Головоломка от автора. Ох, как я эти загадочки люблю и уважаю :). Китайцам, наверное, разгадать их не так уж сложно, а вот мне пришлось покопаться.

Я предполагаю, что на вывеске написано CATHAY THEATER. Это один из самых знаменитых кинотеатров старого Шанхая. Он был открыт 1 января 1932 года и спроектирован в роскошном стиле ар-деко. В 1930-ых это была престижнейшая площадка, где в основном демонстрировались голливудские фильмы. Быть там — значило быть в центре культурной жизни.

Вот, старое фото - мне кажется, крылечко с 6-ю ступенями очень похоже на то, что мы видим в фильме. Во всяком случае, даже если у Би Ганя это некое обобщенное изображение кинотеатра, то шанхайский Cathay Theatre дал ему хотя бы вывеску.
[фото Кинотеатр "Катэй" в Шанхае]

Декорации второй главы стилизованы под нуар — мрачный, дождливый, полный зеркальных отражений мир.
Би Гань специально подбирал цветовую гамму для каждой главы, чтобы зритель подсознательно чувствовал смену «сенсорного режима» — от холодного хирургического света к кроваво-красной ночи и, наконец, к туманному, ускользающему свету заката. Глава "Слух" окрашена тем неоново-синим, который мы видели в одной из комнат в подвале Очарованного.

Шанхай 1940-х был настоящей Меккой для стиля нуар. Появление на здании вывески «Cathay Theatre» мгновенно создаёт нужный контекст: это не просто Китай, а его самый космополитичный город, где западная культура встретилась с восточной, породив уникальную атмосферу опасности и романтики.

Здание кинотеатра заброшено - и действительно, кому в это время нужно кино? Не успев родиться, киноискусство начинает умирать...
Кстати,  с 1993 года уже перестроенный театр «Cathay» является одной из официальных площадок Шанхайского международного кинофестиваля. Ну и куда еще Би Гань мог привезти труп шпиона, охотившегося за звуком, как не на площадку кинофестиваля - хотя бы во флигель во дворе :).

Есть ещё одна указующая деталь: разбомбленный вокзал в главе "Слух" напоминает о «Кровавой субботе» в Шанхае 28 августа 1937 года, когда японские авианалеты разрушили Южный железнодорожный вокзал.

Если я права, то действие во второй новелле сразу приобретает точку геолокации ). И она подтверждает мои догадки насчет Начальника - ведь после битвы за Шанхай в 1937 году японцы оккупировали китайские районы города, которые с этого времени находились под управлением прояпонского марионеточного правительства Ван Цзинвэя.

✅  Очарованный в этой главе предстаёт в образе хрупкого юноши по имени Цю Моюнь — молчаливого, загадочного, с андрогинной красотой, напоминающей классических «роковых женщин» фильмов-нуар. Его глаза опущены, голова наклонена, взгляд скрыт под волосами, голос тих.
Движения плавные, текучие, женственные, вкрадчивые, я бы даже сказала - сексуальные и почти демонические (пересмотрите эпизод, как Цю Моюнь открывает крышку терменвокса или как он бежит по рельсам). Кажется, что он не просто общается с нами - он завлекает и соблазняет.
Конечно же, Джексон И с его великолепной пластикой тела прекрасно справился с этой задачей.

Вокруг него кипят страсти: все ищут таинственный ящик, из которого доносится звук, «прекраснее всего на свете». Начальник преследует Цю Моюня, пытает его, чтобы выяснить местонахождение этого ящика, но в нём оказываются не шпионские секреты, а терменвокс — первый в мире электронный музыкальный инструмент, на котором можно играть без физического контакта. Этот инструмент становится метафорой: звук, который он производит, не принадлежит никому и всем одновременно; он рождается из электрического поля между телом и пространством.

Есть еще некая третья сила, которая тоже заинтересована в обладании таинственным ящиком. Карлик - билетный кассир на вокзале.
Тут для меня одни сплошные вопросы... Кто этот карлик, как вы думаете?
Зачем ему нужен "ящик", для чего его надо доставить к горящему дереву и почему с карликом связана неприятная звуковая какофония, которую вместе с Начальником мы сначала слышим в трубке телефона, а потом на перроне вокзала: смесь шорохов, скрежетания, свиста, перестука колес поезда и лягушачьего квакания?

Вообще в этой части фильма много непонятного, это самая символическая часть "Воскресения", поэтому дальше делюсь только своими размышлениями, без конечных выводов. И вопросов будет тоже достаточно.

✅ Попробую прочитать главные фигуры через лакановские понятия Желания и Нехватки, которые составляют сердцевину его учения о субъекте.

Лакан утверждает: субъект изначально неполон. В момент вхождения в Символический порядок человек утрачивает непосредственную связь с Реальным, и эта утрата и есть Нехватка. Она невосполнима. Никакой объект, никакое достижение не могут её закрыть. Нехватка проявляется как ощущение, что «чего-то не хватает», «я не полностью счастлив», «должно быть что-то ещё». У разных субъектов нехватка может быть «упакована» в разные образы, но суть одна — пустота в центре психики. Ну, или души, если хотите.
А Желание — это отношение к нехватке. Оно возникает как попытка снова и снова обойти дыру, каждый раз заполнить её, но всегда безуспешно.

Начальник — классический субъект желания, полностью им порабощённый. Он жаждет «самого прекрасного звука», который, как он верит, находится внутри Цю Моюня. Но он не знает, что это за звук. Он не может его описать, не может его представить, но готов оглушить себя (заставить весь мир замолчать), чтобы его услышать. Он просто одержим.

Цю Моюнь здесь выступает как объект (маленький другой, petit a) — та неуловимая причина желания, которую субъект никогда не может достичь. Начальник преследует не самого Цю Моюня, а некую недостижимую «вещь в нём», которая, как ему кажется, заполнит его собственную нехватку. Но эта нехватка невосполнима.

Карлик — фигура, которая знает правду о Желании. Его лягушачья притча как раз об этом: "И чем больше они боятся, тем сильнее их желание. Чем сильнее желание, тем громче хочется квакать".

Карлик в этой сцене — не просто персонаж, а оракул, своего рода отражение самого фильма. Он предсказывает неизбежное и предупреждает Начальника: если ты продолжишь этот путь, ты погибнешь. Желание неизбежно ведёт к смерти, твоя одержимость убьёт тебя (или того, кого ты преследуешь).

✅ Как вы понимаете момент, когда Начальник передаёт карлику монеты со словами 车票钱补给你? (Мой перевод в субтитрах - "Возвращаю деньги за билет", варианты: "Возмещаю вам стоимость билета", "Компенсирую стоимость билета", "Деньги за билет").

Честно признаюсь - я не очень понимаю эту реплику. К чему она?
Но - вот эти монеты, передаваемые в радостно протянутые руки, просто громко кричат, топают ногами и настойчиво требуют аналогии с евангельскими 30 сребрениками ).

Деньги за какой билет? И если есть библейский мотив, то кого предал карлик? Кстати, библейские мотивы вполне ожидаемы в главе, которая проходит под знаком духовной кантаты Баха.

✅ Тут надо попытаться как-то восстановить хронологию новеллы, хотя, как в любом сне, здесь все настолько запутано, что при пересказе смысл теряется, а клубок запутывается еще безнадежнее :).

Мы входим в эту историю через стеклянную дверь купе, которая разбивается (камерой? выстрелом? или тем и другим?). Очарованный в поезде (кстати, поезд - любимый символ режиссера), лежит на кровати, в белой футболке/поло. На руках шрамы, брюки без ремня (следовательно, Цю Моюнь уже прошел пыточный подвал тюрьмы, ведь ремень у него там точно должны были отобрать - и отобрали, судя по кадрам). Далее - на экране вокзальные часы, время 10.30 (они сломаны, разбиты при бомбежке? всегда показывают одно время?).

✅ Следующий кадр - Очарованный зашивает рану на груди. Он в поезде? Мы видим, что напиток в стакане дрожит как от вибрации, но стука колес не слышно. Да и стол, заваленный каким-то старым хламом, осколками стекла и зеркальными обломками, вряд ли находится в том изысканном купе, в котором Очарованный предстаёт в начале эпизода.
Это туалетный столик, и он явно принадлежит (принадлежал) мужчине - бритвенный помазок, стакан с остатками спиртного...
Почему Очарованный ранен? На столике лежит ручка. Как я понимаю, это та ручка с выскакивающим лезвием, которой он убил Музыканта? Значит, рану на груди он получил, когда они боролись? Рана глубокая, в районе сердца - Музыкант тоже пытался "открыть" его? На руках Цю Моюня шрамов нет + его брюки с ремнем. Значит, Очарованный еще не побывал в застенках Начальника.

Получается, что действие в этом кадре - флешбэк: убив Музыканта и прибежав с железнодорожных путей (в зеркальную лавку?), Очарованный зашивает рану и слышит свой собственный внутренний звук, который его пугает (и столик со стаканом вибрируют именно от этого звука, а не от движения поезда).

✅ Далее - мы опять в поезде. В общем вагоне среди пассажиров, - мальчики из церковного хора с пастором. Они как-то кучкуются в проходе, и похоже, что их согнали с тех мест, где сейчас обосновались сотрудники секретной службы, обыскивающие чемоданы.

Начальник, красивый и пока что целый :), в плаще и шляпе, с пистолетом в руке, сидит и следит за действием. Потом агенты входят в изысканное купе со стеклянной ширмой. Агент обыскивает чемодан и находит там ноты: "Начальник, ноты здесь". Как помним, нотными листами было засыпано место убийства Музыканта (по совместительству - шпиона, как нам сообщили в "заголовке" новеллы). Так что они становятся важной уликой, поскольку секретная служба считает, что ноты содержат шифр.

Тут гаснет свет, и в кадре появляется предмет, который пройдёт (в разном виде) не только через этот эпизод, но и через всё повествование фильма, - зажигалка. Раздается характерный щелчок - и тусклый свет озаряет сидящего на кровати юношу. Начальник закуривает сигарету - и этот предмет тоже будет сопровождать нас на протяжении всего фильма. Режиссер явно не поддерживает ЗОЖ ))).

Очарованный раздет, но есть ли на груди шрам, не видно, камера не опускается ниже.
В начале новеллы, когда мы проникаем в купе, Очарованный лежит на кровати, одетый в белую футболку. Сейчас же ее нет. Значит, начало эпизода и происходящее в данную минуту на экране во времени не связаны. Т.е. новелла начинается с разбитой двери и с нашего входа в купе, а всё дальнейшее - это флешбэк длиною во всю историю.

И вот тут, как мне кажется, можно снова вернуться к вопросу о карлике и 30 сребрениках. Как Начальник и его агенты узнали о том, что подозреваемый едет на поезде, в таком-то купе? Это карлик продал билет Цю Моюню, а потом сообщил о его местонахождении Начальнику? И вот эти "деньги за билет" он теперь получает? Вопрос открытый. Всё - лишь мои размышления.

Начальник, осматривающий труп у патологоанатома, и звонок по телефону от квакающего карлика - в потоке флэшбеков эти эпизоды не обязательно идут линейно. Осмотр трупа мог быть до ареста Очарованного в поезде, как и звонок от карлика (вот тут он и сообщил о подозреваемом в купе? кроме квакания и смеха карлика из трубки раздается стук вагонных колёс). Хотя вполне может быть, что тут никаких временных перестановок нет и всё идёт своим чередом. Ведь уже заведено дело об убийстве шпиона, определён подозреваемый Цю Моюнь и даже установлено, что он в помутнённом рассудке. Тогда звонок - это просто условный знак, прелюдия к дальнейшей встрече Начальник и карлика на вокзале.

✅ Далее - Начальник и Очарованный в пыточной башне. Очарованный рассказывает о зеркальной комнате-лабиринте, где он был заперт долгое время (явная ассоциация с его подвалом в первой части). И только Музыкант смог вывести Очарованного из этого заключения. (А почему вообще музыкант? Потому что в немом кино единственным звуком был музыкальный аккомпанемент тапёра?)

Флешбэк про Музыканта. Мелодия, на которой он сошёл с ума, - "номер 478".

Про Музыканта мы знаем немногое. Он - блестящий исполнитель на терменвоксе, инструменте, который позволяет извлекать музыку без прикосновения, без физического контакта. Он первым распознаёт и невероятно очаровывается «голосом» внутри Цю Моюня. Для него этот звук становится объектом всепоглощающего, почти мистического желания, это искушение в сотню раз сильнее опиума. Его одержимость настолько сильна, что он предлагает Цю Моюню вместе лечь под поезд, чтобы в момент смерти услышать эту божественную музыку.

Кстати, кто сказал, что в китайской индустрии развлечений больше нет фильмов на тематику, которую запрещено пропагандировать? :) Вся вторая глава "Воскресения" пропитана, так и дышит ею, этой тематикой, начиная с практически поцелуя и практически принуждения на рельсах перед приближающимся поездом.

Автор рассматривает Желание со всех сторон - не только как желание обладать недоступным идеалом, но и как желание физического обладания. Би Гань мастерски использует язык кинематографа, чтобы сплести воедино темы желания, власти, идентичности, запутанные сложными психологическими и историческими аллюзиями. В этом смысле эпизод становится не просто частью фильма, а многослойным высказыванием о самой природе влечения.

Центральный персонаж эпизода, Цю Моюнь, является ключом к пониманию этой сложной динамики. Он воплощает классический для фильмов-нуар и готических историй архетип «андрогинной красоты», где стираются привычные гендерные границы. Эта эстетическая двусмысленность делает его идеальным, почти абстрактным объектом желания, которое не определяется традиционной маскулинностью или фемининностью.

Язык его тела - мягкий, неспешный, почти вкрадчивый - создаёт ощущение, что он не просто жертва, а скорее искуситель, невольно провоцирующий окружающих на одержимость. Сам режиссёр описывал этого персонажа как «бесполого», что подтверждает догадку: его природа не столько биологическая или социальная, сколько метафизическая.

✅ Далее - кадр: Начальник поднимается в лифте. На наружной стене лифтовой кабины висит картина с названием "Day Of Wrath", на которой изображен ... юноша в белой футболке со свечой в руках. ... Би Гань по всему фильму рассыпал вот такие маленькие детали, протягивающие ниточки от новеллы к новелле и добавляющие краски для внимательных.

Day Of Wrath = Dies Irae = День гнева - это ужас перед смертью и Судом. Это текст о конце света, когда мир превратится в пепел. Dies Irae - обязательная часть заупокойной мессы (реквиема).

Конец света станет темой в предпоследней части большого сна Очарованного, а свеча - это тот мотив, который был заявлен еще в самых первых кадрах фильма. Люди - как свечи, горящие и не горящие.

Есть ещё одно интересное объяснение этой картины, но об этом немного попозже.

✅ Встреча карлика и Начальника на вокзале. В руках у Начальника - зажигалка, она показана крупным планом.

Карлик просит вывести Цю Моюня из тюрьмы живым и доставить к горящему дереву. Это секретная операция, кодовое название - "Цю".

Карлик получает свои монеты и сообщает [нам], что Начальник тоже играет на терменвоксе, как и Музыкант. По опасной дорожке идёте, товарищ.
А вокруг квакают лягушки - желание, желание, желание...

✅ Следующий кадр: идет сильный дождь, Начальник за рулем машины стоит у Cathay Theatre и рассматривает вещественное доказательство - перьевую ручку, в которой спрятано лезвие. Он делает пробное движение, как будто вонзает лезвие себе в ухо.

Мне кажется - здесь опять временнАя инверсия. Под таким сильным ливнем Начальник подъехал на машине, когда шел к патологоанатомам в начале новеллы. После этого нам показывают, как он на машине же отъезжает от театра, отправляясь на вокзал для встречи с карликом. Дождя нет. А теперь он снова отъезжает от театра, но уже под дождем - таким же, как когда приехал.

✅ Начальник расшифровывает послание на музыкальной странице. Это та самая страница, которая влетает в крупный план в эпизоде борьбы Музыканта и Цю Моюня на железнодорожном полотне. Те же самые ноты.
Но теперь мы видим имя композитора - Иоганн Себастьян Бах - и название произведения. Это кантата-хорал "Komm, süßer Tod" ("Гряди, сладкая смерть"). Название не случайно - там говорится о смерти как о желанном освобождении от страданий мира, избавлении от земных страданий и пути к небесному покою. Мир в кантате назван "Marterkammer" (камера пыток), а смерть воспринимается как желанное освобождение. В контексте фильма это музыка того самого «сладкого конца», которого жаждет Очарованный — конца, который есть одновременно и смерть, и воскресение.

На нотной странице стоит обозначение "BWV 478", а немного раньше Цю Моюнь на вопрос Начальника о мелодии, которую напевал Музыкант перед смертью, ответил про "число 478".

BWV - это сокращение от Bach-Werke-Verzeichnis («Каталог работ Баха» Вольфганга Шмидера), а BWV с номером - это, соответственно, каталожный номер произведения, общепринятый способ ссылки на сочинения Баха. Есть только одно маленькое "но" - эта система была разработана в 1950 году.

Что ж, будем считать, что включив в свою нуарную главу отсылку к каталогу, созданному лишь десятилетия спустя, режиссёр мог намеренно создать этот временной парадокс. Во сне - как во сне.

✅ В расшифрованном шпионском послании впервые появляется упоминание какого-то таинственного "ящика". Цю Моюня в тюрьме к этому времени уже пытают (интересно, что ремень у него отсутствует (отобрали?), а вот ботинки - со шнурками :) ).

И опять напрашиваются библейские мотивы - вслед за предательством и 30 сребренниками приходят муки.

✅ Резкий звук ударов хлыста разлетается по башне, а Начальник стоит под дверью и нервно подравнивает ногти пилочкой из складного ножика. Потом заходит и просит (хоть и не сразу, а немного задержавшись взглядом на обнаженном окpoвавленном теле) опустить пытаемого на пол. Раскуривает сигарету и даёт её Цю Моюню. Огонек ярко горит на темном экране.

"Какие у вас были отношения?"- Начальник, сглатывая слюну, жадно слушает ответы Очарованного - про Музыканта, про прекрасный звук, про ящик. Он ревнует? Или он впитывает красоту его страданий? Или это просто допрос?

В конце сцены Начальник стоит уже на верхней площадке, задумчиво затягивается сигаретой - и вдруг смотрит на неё: это же та самая сигарета, которую он только что давал Цю Моюню.
... Ах, это поцелуй? В отношении Начальника к странному юноше всё ярче становится виден тот самый подтекст, о котором говорить нельзя, но приходится :).
И виден даже больше, чем у Музыканта. Покруче. Настоящее сaдо-мazо. Обнажённое мужское тело становится объектом пристального, почти вуайеристского изучения и желания. Эта связь, построенная на пытках и допросах, а потом на самокалечении, в фильме приобретает отчётливый психоceкcyальный оттенок, наполненный невысказанным напряжением и двусмысленностью. Офицер буквально одержим телом и тайной Цю Моюня. Эта одержимость представляет собой классический лакановский объект желания — нечто, что, как кажется, способно заполнить внутреннюю пустоту субъекта, но на самом деле лишь подпитывает его фантазмы и влечение.

Изначально кажущийся слабой стороной, Цю Моюнь постепенно перехватывает контроль. Его андрогинная и пассивная внешность становится его главным оружием: он сводит с ума и подчиняет себе тех, кто, казалось бы, обладает всей полнотой власти. Быть «одержимым» — означает быть в позиции подчинения, даже если физически ты обладаешь всей властью.

✅ Следующий кадр: Начальник приходит на вокзал к карлику. Узнав про ящик, он хочет удостовериться, что на самом деле карлику тоже нужен именно этот таинственный предмет.

Карлик рассказывает притчу о лягушках = о желании и его губительности. Он уже открытым текстом предупреждает Начальника: "Если так продолжится, с вами будет то же, что с тем музыкантом".

Интересная деталь - карлик залезает в карман плаща Начальник и берёт его зажигалку - ту, которая уже мелькала на экране не один раз. Закурив сигарету (они все курят!), зажигалку он не отдает, хотя Начальник поворачивается уходить. Карлик приказывает доставить Очарованного к горящему дереву, которое мы и видим в следующую минуту, но почти сразу дерево превращается в иглу патефона.

✅ Танцы - в управлении тайной службы?

Начальник выводит из тюрьмы Цю Моюня, переодетого женщиной, нежно приобнимая его за талию. Опять эти плавные движения в исполнении И Янцяньси, его женская походка :).

Эротическая, я бы сказала, сцена в лифте - чувственный вздох Моюня, снимающего пальто, и полный желания тайный взгляд Начальника, который даже забывает, как запускать лифт ))). А дальше - повисшая неловкость в тесной машине, и отражение глаз героев в очередных зеркалах этой истории: Цю Моюнь смотрит в сторону, но глаза Начальника не могут оторваться от него.

Кстати, в том шуме, который раздается из автомобильного радио, слышен храп отца из следующей новеллы. Проверьте, мне интересно - вы согласны? А то я, как начальник с его дешифровкой, крутила запись туда-сюда, слушая в наушниках ))).

✅ Начальник подъезжает к горящему дереву, где он должен высадить Цю Моюня и передать его (карлику?), но не останавливается и едет дальше.

Горящее дерево - это, конечно, еще та задачка.... ). Самый непонятный и многосмысловой символ в этой новелле. Попробую предложить несколько вариантов. Выбирайте, какой вам нравится, а еще лучше - напишите сами, как вы прочитали этот образ?

Горящее дерево - как символ исторического перехода от немого кино к звуковому. Начальник получает шанс доставить Цю Моюня (воплощение «чистого звука») к этому дереву, что позволило бы звуку легитимно войти в мир кино, подобно жертве Христа на Голгофе. Но он проезжает мимо, выбирая зеркальный лабиринт — царство чистого зрения, немой иллюзии, что оборачивается трагедией несостоявшегося перехода. В этом смысле дерево — это маяк, указывающий к новому этапу в жизни искусства.

Горящее дерево - граница между немым кино и звуковым (учитывая, что немного ранее горящее дерево в кадре обратилось в иглу патефона). Куда направить Цю Моюня с его прекрасным звуком - обратно в немое кино или оставить в Реальности этого сна? Как известно, между немым и звуковым кино шла долгая и ожесточённая битва. Такие мастера, как Чаплин, решительно выступали против звукового кино, считая, что оно разрушит художественность кинематографа. Его собственные фильмы, где он был режиссёром, актёром, сценаристом, монтажёром и композитором, не содержали ни одной реплики, но только картинкой, игрой и простыми звуками покоряли зрителей, имея и кассовый успех, и признание критиков. Но зрители выбрали звуковое кино.

Образ горящего, но не сгорающего дерева имеет сильную библейскую параллель с Неопалимой Купиной, из которой Бог говорил с Моисеем. Это место божественного откровения и призвания. Проезжая мимо, начальник отказывается от возможности получить это откровение, услышать «голос» истины. Таким образом, дерево становится символом отвергнутого божественного дара и упущенного шанса на духовное преображение.

Горящее дерево и взаимное уничтожение Цю Моюня и Начальника в поезде можно рассматривать как своего рода синестетический художественный приём. Огонь дерева перерастает в финальный огонь гибели, а звуки потрескивающего пламени усиливают воздействие визуального зрелища, делая абстрактное звуковое восприятие видимым, осязаемым и даже наполненным теплом и разрушительной силой.

С точки зрения истории кино, появление звуковых технологий оказало огромное влияние на киноиндустрию и вызвало множество споров, подобно «большому пожару». Таким образом, горящее дерево может также быть метафорой того периода перемен в истории кинематографа, символизируя «сгорание дотла» традиционных форм кино и «рождение» новых медиа.

Горящее дерево - как несгораемая и вечно горящая свеча, вечная сила киноискусства.

Его можно включить в ту цепочку огня, которая прослеживается в фильме: свеча - зажигалка (или спички) - сигарета - горящее дерево.

✅ Кульминационная сцена в зеркальном лабиринте. Источник вдохновения здесь — классический нуар «Леди из Шанхая» Орсона Уэллса (1947). Леди из Шанхая - действительно в Шанхае, еще одна шутка режиссера :).

Начальник, наконец, получает то, что он так вожделел - таинственный ящик, но в кейсе оказывается просто терменвокс. Это терменвокс Музыканта, который Цю Моюнь стащил после его смерти и спрятал в зеркальной лавке. А настоящий "Ящик" - это сам Очарованный, хранящий в себе самый прекрасный звук на свете.

В эпоху войны и Начальник, и Киномир словно потеряли себя, не могут обрести собственный голос. Самый прекрасный звук символизирует их поиск своей идентичности: "К какой организации ты принадлежишь?" - "Я принадлежу только себе".

Крупным планом - гаснущая зажигалка. Та самая, которую Начальник раньше оставил на вокзале у карлика. Что это? Небрежность режиссера или особый замысел? Хорошо устроился творец - творить можно всё, что угодно, а бедный зритель будет стоять на распутье в глубоких размышлениях )))).

Другой вопрос - ручка с лезвием, которой Очарованный протыкает ухо Начальника. Сначала мы видели её (?) на туалетном столике, когда Очарованный зашивал свою рану + во флэшбеке узнаем, как это ручкой был убит Музыкант, потом ручка оказывается у Начальника в пакете с надписью "Вещественное доказательство", а теперь она снова в руках Цю Моюня. Там склад ручек с лезвием или это тоже особый замысел режиссера? Пойдёмте снова на наше любимое распутье - размышлять )))).

✅ И вот мы снова возвращаемся к тому, с чего начиналась эта глава - часы на вокзале, показывающее одно и то же время, железнодорожный вагон и мальчики из церковного хора. Действие закольцовывается. Сбежавший из зеркальной лавки Цю Моюнь собирается сесть на поезд, где его ждет встреча с жаждущим Начальником, который в то же самое время остаётся в лавке зеркал - именно так и бывает во сне, странно, необъяснимо, невозможно.

"Чтобы услышать твой голос, я готов заставить этот мир замолчать" - Начальник протыкает себе другое ухо, стреляет в зеркало в лавке (и этот выстрел разбивает стекло в двери купе), а затем в звучащей тишине окровавленными руками играет баховскую кантату на терменвоксе, одновременно борясь с Очарованным на кровати в поезде.
Ничего удивительного - ведь Би Гань называет свою работу «борьбой с галлюцинациями». Он не записывает свои сны, а создает их в кадре.
Он призывает зрителей не пытаться «понять» фильм моментально. По его мнению, современный человек стал слишком тревожным и хочет мгновенных смыслов, тогда как настоящее кино требует времени, чтобы «прорасти» в памяти. Это относится и к картине в целом, и к каждому эпизоду в частности.

Очарованный тянется к осколку стекла, а Начальник всё той же ручкой с лезвием наконец-то вскрывает этот Ящик. Прекрасная музыка льется огнём желания, поджигая всё вокруг...

Звук оказывается опаснее тишины, а желание обладать прекрасным ведёт к саморазрушению. Это история перехода от немого кино к звуковому — и о той цене, которую платят те, кто слишком жадно вслушивается в чужой голос. Желание удовлетворено — и субъект исчезает.
В этом — вся амбивалентность звука. Он делает кино более живым, более захватывающим — но он же делает его более опасным. Звук может быть оружием пропаганды, может сводить с ума , может заменить реальность.

Режиссёр Би Гань хотел, чтобы спина была действительно вскрыта, чтобы оттуда проступил и разошёлся свет. На съёмках использовались уникальные практические эффекты, созданные совместно с иностранными специалистами - над фильмом работали французские продюсеры (Шарль Жилибер) и студии визуальных эффектов (в частности, MPC Paris). Съёмочная группа потратила около полугода на проектирование и создание особой конструкции. Кровать на самом деле скрывает тело актера, оставив на поверхности только искусственный муляж спины. Художники по спецэффектам изготовили детализированную искусственную спину, а внутри неё находились «нефритовые кости», которые должны были светиться при вскрытии. Чтобы добиться эффекта мистического сияния, пробивающегося изнутри тела, в реквизит была встроена система подсветки. Свет проходил сквозь разрезанные ткани, создавая реальное зеленое свечение прямо в кадре, без использования наложенной графики.

**********************************************

В этой главе есть и исторический подтекст.

Имя Моюнь (默云) переводится как «безмолвное облако». Иероглиф 云 — это не только «облако», но и (в древнекитайском) «говорить». В соединении с 默 («молчать») возникает оксюморон: «молчаливо говорящий». Это идеально описывает персонажа: он не издаёт звуков, но внутри него звучит «музыка сфер», которая может уничтожить мир.

Кроме того, облако в китайской поэзии часто символизирует непостоянство, иллюзорность, ускользающую красоту. Всё это применимо к Цю Моюню: он неуловим как облако, он призрачен, он — сон, который рассеивается при попытке его удержать.

Есть ещё одна особенность этого имени - оно очень близко по звучанию к другому словосочетанию: могуюнь (蘑菇云) - «грибовидное облако», т.е. атомный взрыв.

Более того - фамилия Цю (邱) принадлежит первой китайской атомной бомбе. «Мисс Цю» («Барышня Цю») - внутреннее кодовое название этой бомбы на этапе её разработки. Поэтому когда карлик говорит про секретную операцию с кодовым названием «Цю», а потом Начальник выводит из тюрьмы некую юную даму - получается, что режиссер вот таким образом задаёт очередную загадку своему зрителю.

В интервью режиссёр сам подтвердил, что после вскрытия спины Цю Моюня там внутри были радиоактивные вещества: «Какой звук может заставить мир замолчать, прекратить войны и установить мир? Взрыв атомной бомбы».

Имя Цю Моюнь становится предупреждением: внутри этого тихого, хрупкого юноши скрыта сила, равная ядерному взрыву. И самый прекрасный звук, который все ищут — это не мелодия, а тишина после взрыва. Это звук конца света, когда мир превратится в пепел, о чем предупреждает та картина «Day Of Wrath» на стене лифта, где юноша в белой футболке держит в руке горящую свечу.

В этом — горькая ирония главы: самый прекрасный звук может быть звуком уничтожения. Но именно в этом — парадокс Желания: мы хотим того, что нас уничтожает. И кинематограф, который даёт нам этот звук (и эту бомбу), — соучастник нашего саморазрушения.

**********************************************

В буддийской перспективе звук — один из самых коварных [видов] пыли, потому что он проникает в сознание без спроса. От него нельзя закрыться так, как от визуального образа. Именно поэтому в буддийской практике «уши» — один из корней, требующих наиболее строгого контроля. Но Очарованный, как и прежде, не избегает звука — он ищет самый прекрасный звук, даже если это означает смерть.

Большая Другая прикрывает ему уши, чтобы Очарованный не проснулся...

Продолжение следует