Не знаю как можно руководить агентством и быть репортером с такой наивностью. У обеих ни дальновидности, ни пронырливости, ни чутья. Репортерша, зная кто крыса в их агентстве, стоит и на лестнице на чистом глазу ведет беседы и не думает, что их могут подслушать. На жертву давит противная сторона, конечно, зачем шифроваться?пусть все кому не лень нас у агентства сфоткают…Директор агентства как руководитель очень слабая,не может защитить своего артиста.Не переиграть, не обставить противника не способна.Победили они в итоге только благодаря тому, что прихвостни злодейки решили пойти в отказ.

Не согласна с предыдущим комментарием. Прихвостни злодейки пошли в отказ как раз из-за действий Иоко и репортерши. Никто злодеем изначально не является. И как правильно, тоже не всегда понятно. Поэтому что главред, что Асахи - это просто люди, которые достаточно понимают, чтобы видеть сильных мира на текущей шахматной доске, и при этом понимают, что смелости и готовности в открытое противостояние в них на текущий момент нет. Как только им показывают, что не обязательно подчиняться системе, как только им показывают, что шанс на изменение правил игры не эфемерный - у них появляется готовность действовать. Комментарий выше потрясающе наивен в своей вере, что герои есть герои, а злодеи есть злодеи. Но в мире нет ни черного, ни белого. Есть лишь выбор каждого конкретного человека. И инстинкт самосохранения в каждом же человеке, который всегда, подчеркиваю, абсолютно всегда выше выживания (и отстаивания) общих целей. Даже жертвы сперва пытаются не говорить о том, что с ними сделали.

Потому что понимают, какие последствия им грозят. Понимают, что им будет еще хуже. Поэтому до момента, пока это не начинает переливаться через край, они пытаются выживать самостоятельно, порождая своим молчанием, между прочим, еще большее количество жертв. Тем не менее, когда Рико со всех сторон видит своего насильника, она уже не может убеждать себя, что все нормально. Она отлично понимает, что ее будут гнобить. Но не говорить не может, потому что так ей еще хуже. Остальные жертвы должны были увидеть, что, вообще говоря, сказать о том, что с ними сделали, можно. Понимали ли они, что с ними будет то же, что и с Рико? Да, конечно, понимали! Именно поэтому и молчали ранее. Но смогли ли они забыть? Нет. Потому что о забытом, о том, что они действительно приняли, они бы вообще рассказывать не стали бы. Изменения - это всегда трудно. Смелость сломать систему, которую будут пытаться сохранить те, кто находится на ее верхушке, и силы на противостояние есть далеко не у каждого.